Интервью с актером сериала Теория Большого Взрыва Джонни Галецки
24.05.2010 г.
 Джонни Галецки – это актер, который в свои 35 имеет больше опыта в съемках фильмов и на телевидении, чем некоторые актеры, которые старше его в два раза. И в числе его фильмографии такие хиты телевидения, как «Розана» (Roseanne, 1988-1997) и «Теория Большого Взрыва» (The Big Bang Theory).
Теория Большого Взрыва (2007 год – премьера сериала) – «доктор Леонард Хофстадтер»
Джонни Галецки: Успех этого шоу был полностью неожидан и непредвиден. А особенно в этом году, и это напоминает мне американские горки. Ни у одного из нас не было даже предположений как отнесется телезрительская аудитория к этим парням. Но они полюбили эту кучку ботаников, и я счастлив. Мало того, что мне нравится моя работа и выбор моей профессии, так я еще окружен хорошими и талантливыми людьми, и это – действительно сильная команда! Обожаю их!
A.V.Club: Вначале весь сюжет строился вокруг вашего персонажа, но в последнее время большее внимание уделяется персонажу Шелдону. Вам не обидно, что вы уже не в центре внимания?
ДГ: Часто моими любимыми эпизодами являются те, в которых Леонард на втором плане. В таких случаях я стараюсь привлечь внимание шуткой. К примеру, «приветики», «до свидание» и «ну спасибочки» часто забавны в контексте, и я стараюсь таким образом напоминать о себе, в смысле о моем персонаже. И в этом нет ничего плохого. Мы словно играем в хоккей, образно говоря конечно (Смеется). Вы пытаетесь единолично забить побольше голов, но без помощи команды это невозможно, поэтому я пытаюсь выложиться на полную, будь то шутливая фраза, целая сцена, или только поцелуй, даже если такие моменты и фразы не мои.
AVC: Когда в прошлом году мы брали интервью у Джима Парсонса, мы спрашивали, вкладывает ли он часть себя в персонажа, Шелдона. Если бы авторы сказали бы вам: «Так, в этой сцене вы будете делать так-то и так-то…». А вы знаете, что это не свойственно Леонарду. Вы бы пытались не согласиться, сказав что-то типа «Я не думаю, что Леонард так бы поступил» или «Это не свойственно характеру Леонарда».
ДГ: Вообще до такого еще не доходило, но мы же не топчемся на месте. И в такой ситуации нельзя так требовательно относиться к своему персонажу. Понимаете, ситком – это не пьеса, и даже не фильм, в котором вы создаете и полностью передаете предысторию своего персонажа. В ситкоме эти характеры собираются в течение нескольких лет. И у вас еще много времени, чтобы узнать о них побольше. К примеру, вы можете узнать, что отец вашего персонажа был алкоголиком. Мы только недавно сделали сцену, которая рассказывает как Шелдон и Леонард встретились. В этой сцене было много неожиданностей. Таким образом вы не в праве диктовать поступки своего героя. Они действительно принадлежат авторам, а мы, актеры, - всего лишь их марионетки.
«Ванильное небо» (Vanilla Sky, 2001) – «Питер Браун»
ДГ: Это было взрывом, по крайне мере для меня, потому что я просто шатался по Нью-Йорку в течение трех или четырех недель и играл с супермоделями в Боггл (Тот же принцип игры, что и в Скрабл, то есть составление слов из цепочки последовательных букв – прим. переводчика). Кэмерон Кроу (режиссер фильма «Ванильное Небо» - прим. переводчика) не дал мне ничего, никакого сценария, моих слов. Когда я пожаловался на это, единственным его ответом было «Слушай Биттлз». (Смеется.) Я даже понятия не имел какова моя роль. И я действительно стал слушать Биттлз, потому как не знал с чем еще работать, но я знал что Кроу очень много черпает из этой музыкальной группы. Имя моего характера, Питер Браун, было именем помощника Джона и Йоко (Имеется в виду Джон Леннон и Йоко Оно – новая жена Леннона – прим. переводчика), который появляется в лирической песне под названием «Баллада Джона и Иоко» («The Ballad of John and Yoko» - песня, выпущенная Beatles как сингл в мае 1969 года, которая рассказывала о событиях, которые привели к браку Леннона и Иоко Оно – прим. переводчика). Но это было весело. Том Круз просто удивительный и действительно, действительно хороший парень.
AVC: Кэмерон Кроу известен своим педантичным характером в отношении работы. Странно, что у него не было сценария для вас.
ДГ: Я думаю он его написал, когда собственно до меня дошло дело.
AVC: А вы смотрели испанский оригинал «Abre Los Ojos» («Открой глаза», 1997)?
ДГ: Да, даже когда Камерон попросил меня его не смотреть. Я был очень впечатлен. Это одна из черт этого фильма.
AVC: Значит, ты обманул его?
ДГ: Ага, И он не дал мне сценария! (Смеется.)
«Чужой билет» (Bounce, 2000) – «Сэт» / «Противоположность секса» (The Opposite of Sex, 1998) – «Джейсон» / «Правила секса 2: Хэппиэнд» (Happy Endings, 2004) – «Миллес»
ДГ: Фильм «Чужой билет» был очень интересный, так как Дон Рус (режиссер и сценарист картины) признался, что роль, написанная для меня, представляет из себя большого гея Джимини Крикета. Он – совесть персонажа Бена Аффлека. Но Дон отказывается дать мне эту роль. Прошли месяцы кастинга, пока ассистент режиссера наконец не уговорил его взять на эту роль меня. В последствии Дон признался, что его собственная неприязнь и ненависть к гомосексуалистам мешала ему дать эту роль мне. После роли в фильме «Противоположность секса» Дон хотел, чтобы я играл такого же веселого персонажа и в «Чужом билете». Тогда-то он и осознал, что ему не наплевать, если бы роль гея разрушила бы мою карьеру. (Смеется.) Все же он заставил меня войти и прочитать эту роль, даже зная, что эта роль была написана специально под меня!
AVC: А до съемок «Чужого билета» вы были друзьями? Или хотя бы были знакомы?
ДГ: Нет. Я пошел на кастинг на более меньшую роль, а Дон предложил мне роль Джейсона. В первый день съемок с моим участием мы снимали сцену, где мой персонаж дает местному каналу новостей интервью. Но сценария не было, и я должен был импровизировать. Суть сцены была о сексе с учителе, которого впоследствии шантажировали. Для первого дня моих съемок это было пугающе и ужасно.
«Я знаю, что вы сделали прошлым летом» (I Know What You Did Last Summer, 1997) – «Макс Неурик»
ДГ: Дженифер Лав Хьюитт я знал лично. Мы жили в одном жилом комплексе. Когда мне было лет 13-14, это было на рождественских каникулах, мы познакомились. Она и моя младшая сестра были подругами. Я думаю, что именно она предложила меня на роль Макса. О, это было целое представление! Я никогда не забуду сцену, где они открывают багажник, а там мой труп, и из приоткрытого рта у меня выползает краб. Потом мне позвонили, сообщили, что съемки приостановлены, потому что Дженифер была так напугана, увидев мое тело-труп с выползающим крабом изо рта (Смеется.). И они попросили съездить к ней и успокоить ее, что я жив и здоров.
AVC: А много ролей вы получали таким образом, ну когда вас рекомендовали? Или все же большинство рабочих мест вы получили банальным прослушиванием?
ДГ: Я сказал бы пятьдесят на пятьдесят. Если учесть, что в кинобизнесе я уже около 20 лет, то у меня есть и связи и отношения в этой сфере, которые и помогали мне находить новые роли. Я думаю, что такая работа всегда порождает работу.
AVC: Вы сказали, что жили в одном жилом комплексе с Дженефер Лав Хьюитт. Это совпадение? Или в этом доме живет много детей шоу-бизнеса?
ДГ: Это был жилой комплекс под названием The Oakwood. Я думаю, на данный момент он является общенациональным. По сути это место, куда приезжают разведенные женщины с детьми. А жилой комплекс – это как бы огромная съемочная площадка, на которой кипят страсти, когда приезжают бывшие мужья навестить детей и так далее. Не удивлюсь, если большинство детей оттуда стали актерами (Смеется.)
«Розана» (Roseanne, 1988-1997) – «Дэвид Хили»
ДГ: Персонаж Дэвид был очень интересным, наверно потому, что я влез в его шкуру. Поначалу меня пригласили на маленькую эпизодическую роль. Тогда я сыграл с Сарой Гилберг. Но после одного эпизода меня пригласили сыграть еще в трех. В итоге я остался на три года. Я был рьяным поклонником сериала. Пилотную серию я видел еще в детстве. Помню, во время обеда в кругу семьи мы смотрели этот веселый сериал. И я был невероятно напуган, когда оказался на съемочной площадке в окружении моих телевизионных героев. Я как испуганный кролик наблюдал процесс съемки. Здесь я впервые увидел блестящую и трудоемкую работу авторов шоу.
AVC: Вы также работали с Сарой Гилберт и Лори Меткаф и на Теории Большого Взрыва. Что вы скажите об этих актрисах?
ДГ: Ну, Чак Лорр, продюсер Теории, работал и над Розаной. Первоначально персонажа, который впоследствии стал героем Лори (Лори Меткаф – американская актриса, исполняющая роль Мэри Купер, мать Шелдона, в сериале «Теория Большого Взрыва» - прим. переводчика), играла другая актриса. Но у нее там были какие-то проблемы, вроде как ее пригласили сниматься в фильме, и она покинула сериал. Раньше продюсеры как-то не продумывали, что актеры могут просто так уйти из сериала. Все сразу забеспокоились, что делать? Мы с Чаком это обсуждали, и он тогда решил отдать роль Лори, при этом добавив, что жизнь слишком коротка и надо работать с теми людьми, которых вы обожаете. Лори – одна из трех самых талантливых актрис, которая до сих пор блестяще справляется с задачей актрисы. Она невероятна.
AVC: Как думаете, сериал «Розанна» получил все, что ему полагалось? Он все еще находится в повторах в эфире. Конечно, он не так часто упоминается, как сериал «Сейнфелд» (Seinfeld, 1990-1998) или Симпсоны, или любое другое шоу примерно тех же времен.
ДГ: Я думаю, что шоу никогда не получила заслуженной славы и известности. И я это говорю не как человек, который снимался в этом сериале, а как поклонник, которым я был прежде, как принял участие в его съемках. Это было инновационное шоу. Но оно никогда не номинировалось на Эмми, а ведь каждую неделю мы собирали около 30 миллионов телезрителей.
AVC: Джон Гудмен был номинирован пару раз
ДГ: Я знаю, что Лори пару раз забирала награду
AVC: И Сара Гильберт была номинирована
ДГ: По-моему Роузэнн однажды ушла с наградой, но не помню такого, чтобы сам сериал хоть раз хотя бы номинировали.
AVC: Нет. Никогда «Розанна» не получила награду в номинации «за выдающийся комедийный сериал» (Primetime Emmy Award for Outstanding Comedy Series)
ДГ: И это несправедливо, да?
AVC: Ну если учитывать то время. Сейчас выбор между качественными сериалами намного больше, а, следовательно, конкуренция выше.
ДГ: В то время все номинации выигрывал сериал «Привет» (Cheers, 1982-1993, канал HBO)
AVC: Ага, сериал «Привет», а также «Сейнфелд» и «Друзья»
ДГ: Да, но мы наделись, что Розанну хотя бы номинируют…
AVC: Кстати о номинации. Теории Большого Взрыва – это другое феноменальное шоу, но оно не получило награды, в отличие от сериала «30 Потрясений» (30 Rock, 2006-2010) и «Умерь свой энтузиазм» (Curb Your Enthusiasm, 2000-2009). Это вас вообще беспокоит?
ДГ: Буду ли я с вами честен, зависит от моего настроения (Смеется.) Это не моя работа. Это бремя падает на столы людей, работающих в рекламе и маркетинге Си-Би-Эс. Здесь все дело в восприятии сериала. Возьмите, к примеру, сериал «Сплетница» (Gossip Girl), которые собирают по 2 миллиона телезрителей в неделю, и восприятие показывает, что это просто феномен. И есть мы, собирающую 15-ти миллионную аудиторию в неделю. Конечно, людям канала виднее что там и как. Просто я каждый день вижу, как сотни талантливых людей трудятся над сериалом, и я горжусь ими.
Автор: avclub
|
